Арбитражный суд Западно-Сибирского округа решением от 14 мая 2026 года оштрафовал компанию на 50 тыс. рублей за неуважение к суду. Основанием стала кассационная жалоба по делу № А27-7831/2025, в которой обнаружились ссылки на несуществующие судебные акты с прямыми цитатами из них. В судебном заседании представитель организации подтвердил, что приведённой практики в действительности нет, и объяснил произошедшее использованием технологий искусственного интеллекта при подготовке документа.
Суд квалифицировал действия компании как представление заведомо ложных сведений и прямое неуважение к правосудию. В определении указано, что участник процесса предоставил суду сфальсифицированные источники, стремясь воздействовать ссылками на авторитет несуществующих решений высшей инстанции в расчёте на поверхностное изучение жалобы и принятие желаемого для заявителя постановления. Такое поведение, по оценке суда, является прямым обманом и грубейшим проявлением неуважения к правосудию.
Довод о подготовке текста с помощью ИИ был отклонён. Суд сослался на часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса, указав, что ответственность за достоверность сгенерированного текста несёт лицо, участвующее в деле и использовавшее технологию. Попытка нового представителя отказаться от сфабрикованной практики также не освободила организацию от санкции: суд отметил, что до момента обнаружения подделки компания рассчитывала на результативность обмана, а проявление неуважения уже состоялось как оконченное процессуальное нарушение и требует неотвратимой реакции.
Штраф в 50 тыс. рублей назначен при максимально возможных по части 1 статьи 119 АПК РФ 100 тыс. рублей. Этот эпизод стал первым публичным прецедентом, когда суд прямо обозначил использование ИИ при подготовке процессуальных документов как обстоятельство, не освобождающее от ответственности, и применил за это санкцию.
Дело вписывается в более широкий контекст. Практика применения нейросетей в судопроизводстве постепенно накапливается, и до сих пор позиция судов была однонаправленной: сгенерированные ИИ ответы не принимаются в качестве доказательств из-за несоответствия критериям достоверности, относимости и допустимости. Так, в одном из дел Златоустовский городской суд отказался рассматривать прогноз чат-ботов о сроке службы дома, сославшись на отсутствие допустимого и достоверного подтверждения. В другом споре Суд по интеллектуальным правам не приобщил анализ дела от трёх моделей ИИ — по процессуальным основаниям, поскольку кассация не оценивает новые доказательства. В деле о контрафакте арбитражный суд указал, что чат-боты генерируют нужный текст в зависимости от запроса и не дают достоверного ответа со ссылками на источники. Гурьевский районный суд Калининградской области отклонил попытку оспорить стоимость восстановительного ремонта через заключение ChatGPT, отметив, что такой анализ противоречит требованиям закона о государственной судебно-экспертной деятельности и по сути является обработкой неподтверждённых данных из интернета.
На этом фоне решение по делу № А27-7831/2025 переводит дискуссию на иной уровень — здесь речь идёт не о доказательственной силе ИИ, а о процессуальной добросовестности стороны, полагающейся на нейросеть. Верховный суд РФ, в свою очередь, готовится провести масштабное обобщение судебной практики по делам, связанным с использованием технологий искусственного интеллекта, охватив все виды судопроизводства.
