Ульяновский областной суд утвердил решение по иску 71-летней пенсионерки к «РСХБ-Страхование жизни», увеличив штраф страховщику более чем в четыре раза — с 150 тыс. до 655 тыс. рублей. Общая сумма взыскания превысит 2 млн рублей. Параллельно в Свердловской области суд взыскал с «Росгосстрах-Жизни» 1,07 млн рублей по аналогичному делу. Оба решения объединяет общий вывод: пожилой человек, пришедший в банк за вкладом, не может считаться осознанно выбравшим сложный инвестиционный продукт.
Ульяновск: НСЖ под видом вклада
Пенсионерка обратилась в Барышский городской суд, утверждая, что была введена в заблуждение при заключении договора накопительного страхования жизни — она полагала, что оформляет обычный банковский вклад. Суд первой инстанции обязал страховщика вернуть уплаченную премию в размере 1,3 млн рублей, компенсировать моральный вред (10 тыс. рублей) и выплатить штраф в 150 тыс. рублей. Апелляция сочла штраф несоразмерным нарушению, учла возраст и состояние здоровья истицы и увеличила его до 655 тыс. рублей. Итоговая сумма взыскания превысила 2,065 млн рублей.
Екатеринбург: ИСЖ с обещанием «высокой доходности»
65-летняя жительница Свердловской области пришла в банк открыть вклад. Сотрудник предложил «продукт с высокой доходностью» и заверил, что риски застрахованы. На деле женщина получила полис инвестиционного страхования жизни по программе «Нота Премиум». По истечении срока договора вместо дохода она потеряла почти 700 тыс. рублей: компания объяснила это падением акций в инвестиционном портфеле. Железнодорожный районный суд Екатеринбурга признал договор недействительным и взыскал со страховщика 1 072 982 рубля — премию, проценты, моральный вред, штраф и госпошлину. Апелляция отклонила жалобу компании: довод о том, что клиентка подписала документ о понимании рисков, суд не убедил.
Мисселинг не исчез — он сместился
Описанные случаи касаются разных продуктов. Свердловское дело связано с уже закрытым с 1 января 2026 года инвестиционным страхованием жизни (ИСЖ) — этот вид отменили именно из-за регулярного мисселинга. Ульяновское — про накопительное страхование жизни (НСЖ), которое реформа ИСЖ не затронула. Это означает, что риск навязывания сложного страхового продукта под видом вклада никуда не делся — он просто перетек в смежный сегмент.
Что это значит для потребителей
Судебная практика 2026 года формирует четкий сигнал: если банк или страховщик продал пожилому клиенту инвестиционный или накопительный продукт под видом вклада, суд с высокой вероятностью признает такой договор недействительным. Штрафы растут кратно — апелляция в Ульяновске увеличила их вчетверо. Для страховщиков это означает, что формальная подпись клиента под уведомлением о рисках больше не работает как защита. Для граждан — что даже уже исполненный договор НСЖ или ИСЖ можно оспорить, если удастся доказать введение в заблуждение.
